Привычка к цитированию своих же комментариев до добра не доводит...

«Я никогда не думала, что образование станет платным,
а библиотеки будут закрывать за ненужностью».
(Shokona)

Флер «страны для людей» слетел так быстро, что многим наверняка не верится в реальность этого разрушения советской сказки. «Самой читающей нации с самым лучшим образованием» больше нет, хм? Грустно то, что ее и не было. Кто принимает эти законы? Именно те подросшие октябрята-пионеры-тимуровцы... Что означает, если в любящей, благополучной, образцовой семье ребеночек однажды убивает своих замечательных родителей? Не говорит ли это о том, что эта семья вовсе не была такой уж благополучной и образцовой?
Почему-то очень многие не видят эту явную взаимосвязь. Но если я и правда что-то люблю с детства, во что-то верю - с какой стати мне это разрушать? Ради чего?
Деньги... да, всем хочется денег, но отчего это желание столь яростно захлестнуло всё остальное? Такое не происходит внезапно, в одночасье... и уж точно - такое не происходит с людьми, искренне верящими в идеалы, далекие от циничного стяжательства. Это просто правда, вырвавшаяся наружу. Мы жили в котле под высочайшим давлением... в скороварке. Кто виноват, что котел в итоге взорвался? Тот, кто открыл крышку? Или все-таки тот, кто закручивал и закручивал ее, не думая о законах физики... и что куда опаснее - в нашем случае, не думая о законах человеческой природы.

Нельзя отнять у людей нечто необходимое безнаказанно. О морали, нравственности, «высоком-чистом», искусстве, музыке и поэзии можно часами рассуждать с тем, кто располагает духовными силами, чтобы любить всё это. Но если ваш собеседник попросту умирает от голода - причем не час, не два, не день или неделю, а голодает с рождения - поймет ли он ваше «высокое и чистое»? Даже если такой человек попытается понять вас - ему попросту будет не до того. Всю его истинную суть будет снедать лишь голод. Точно так же, если человек годами, с детства, живет в боли - в основе его души, стремлений, желаний будет лишь эта боль. Именно она будет диктовать ему, куда направить энергию... даже если это не сразу станет ясно по его поступкам.

У людей нашей страны с детства отнимали то главное, что питает духовную сторону жизни человека, - свободу видеть правду. Свободу думать. Если бы дело было лишь в дефиците, нехватке материальных ценностей... но ведь все было куда глубже. Нас растили во лжи. В странах «загнивающего капитализма» бедняки могли умирать от голода и болезней, дети могли болеть и страдать под равнодушными взорами циничных «сильных мира сего» - но никто не отнимал у этих бедняков права называть вещи своими именами. Никто не отнимал у людей более везучих права публично звать жадность - жадностью, цинизм - цинизмом, лицемерие - лицемерием. Никто не делал вид, будто бы зла вовсе нет. О реальности зла не только думали и иногда шептались, боясь даже самым близким проговориться, - о реальности зла писали книги, снимали фильмы, о нем говорили и кричали.
И хотя, казалось бы, книга о страданиях нищих и равнодушии миллионеров не накормит бедняка - но она сделает нечто, по-своему не менее важное: откроет людям двери к духовной свободе. К правильному осознанию самых важных приоритетов - добра и зла, тьмы и света. Когда мир жесток, но человек свободен открыто сказать своим детям об этой жестокости - остается шанс, что они вырвутся из замкнутого круга. Они, быть может, тоже будут творить зло - но по крайней мере, ни они сами, ни тем более, окружающие не станут звать это хорошим и правильным.

Если бы в нашем «совковом» детстве на уроках литературы не навязывали мнений о книгах, ставя двойки за любое проявление свободомыслия, - люди не кинулись бы, став взрослыми, с таким упоением изничтожать эти уроки литературы.

И пусть это могут счесть мещанством - но если бы наши подростки во дни «великого Советского Союза» свободно могли делать то, что в это же время делали подростки всего мира - носить джинсы и кроссовки, запросто покупая их в любом магазине, а не «добывая» с огромными усилиями и разрушением души (ибо добывание было незаконным), смотреть любое кино, давать волю чувствам - не доходя до разврата и ранних беременностей, а просто имея право на естественные проявления юности, на желание любить и быть любимым, желание состояться как личность, желание ощутить себя «не хуже других», чем-то блеснуть, выделиться... пусть даже чем-то глупым - но ведь на то они и подростки. Если бы на этих уроках литературы им позволили и вправду иметь свое мнение, а не зубрить чужое - именно тогда бы эти подростки научились ЖИТЬ. Не выживать - исхитряясь, добывая, виляя, выкручиваясь, - а просто жить. Называя трудности своими именами - и тем самым получая шанс побороться с ними на равных. И в произведениях ненавидимых всеми классиков усматривая не набор скучных и ненужных тезисов, вроде «лишних людей», не выдуманную каким-то хитрым манипулятором мертворожденную мораль, никак не применимую к реальности, - а находить в книгах живых, сложных, страдающих и ищущих себя людей. В чем, собственно, и есть смысл литературы... в чем и состоит ее ценность. Книга - учебник жизни... да, но лишь тогда, когда никто не склеивает в ней страницы.

Все это чертовски грустно. И все это чертовски естественно и предсказуемо.

Мы не катимся во внезапно разверзнувшуюся пропасть (или злостно вырытую каким-то местным сообществом сауронов) - нет, мы просто долгие годы строили дома на склоне вулкана. Мы не жертвы мирового заговора - мы попросту жители Помпеи, чья гибель - не более чем естественное следствие законов природы.

Остается лишь спросить себя: отчего кто-то, зная о наличии в недрах этой «чудесной красивой горы» бурлящей раскаленной магмы, - тем не менее, поощрял тысячи бедолаг строить здесь жилища? И более того - затыкал рты тем, кто тоже знал, опасался пробуждения вулкана и пытался во весь голос говорить об этом.